Тесты по микробиологии с ответами: 50 вопросов для подготовки к экзамену

Молекула CD19 является пан-В-клеточным маркером, который появляется на стадии про-В-лимфоцита и сохраняется на протяжении всего антигеннезависимого созревания в костном мозге. Остальные перечисленные маркеры (CD3, CD4, CD8) характерны для Т-лимфоцитов.

Антигенсвязывающая щель молекул MHC II класса образована доменами двух разных цепей (альфа и бета) и имеет открытые концы, что позволяет связывать более длинные пептиды по сравнению с MHC I класса.

Распознавание антигена Т-клеточным рецептором без одновременного получения костимулирующего сигнала (сигнала 2) приводит к индукции апоптоза или развитию анергии лимфоцита.

Пылевые клещи (например, Dermatophagoides pteronyssinus) принадлежат к семейству Pyroglyphidae и являются главными источниками бытовых ингаляционных аллергенов.

Одноцепочечная РНК вирусов распознается эндосомальными рецепторами TLR7 и TLR8. Для сравнения, TLR3 связывает двуцепочечную РНК, а TLR9 — неметилированную ДНК.

Употребление контаминированной возбудителем воды из поилок реализует фекально-оральный механизм передачи инфекции. Основным путем заражения в данном случае является алиментарный (водный).

Для врождённого листериоза (гранулематозного сепсиса новорождённых) характерно образование специфических гранулём — листериом, содержащих некротические массы, макрофаги и внутриклеточно расположенные бактерии.

Заражение листериозом при употреблении контаминированных молочных продуктов происходит алиментарным путем через желудочно-кишечный тракт.

Основным путем попадания зоонозных бактерий (например, лептоспир или листерий) в почву и водоемы является их выделение инфицированными грызунами вместе с мочой и фекалиями. Это обеспечивает поддержание природного очага инфекции.

Золотым стандартом и основным методом подтверждения диагноза листериоза остаётся бактериологическое исследование с выделением и идентификацией чистой культуры Listeria monocytogenes из стерильных биосубстратов.

Микоплазмы генетически лишены способности синтезировать пептидогликан, поэтому у них нет жесткой клеточной стенки. Это позволяет их клеткам легко менять форму и обусловливает выраженный плеоморфизм.

Mycoplasma pneumoniae тропна к эпителиоцитам дыхательных путей, на поверхности которых она фиксируется, вызывая повреждение ресничек и нарушение мукоцилиарного клиренса.

Урогенитальные микоплазмы (Mycoplasma hominis и Ureaplasma urealyticum) способны передаваться от матери плоду внутриутробно или в родах, вызывая у недоношенных детей врожденную пневмонию, менингит и сепсис.

Микоплазмы лишены клеточной стенки и обладают выраженным тропизмом к мембранам клеток хозяина, плотно прикрепляясь к ним и оказывая мембранотоксическое и цитолитическое действие за счёт перекисей и ферментов.

Микоплазмы лишены клеточной стенки, поэтому для стабилизации их цитоплазматической мембраны необходимы стерины (холестерин), которые они не способны синтезировать самостоятельно.

Ятрогенный путь передачи связан с медицинскими вмешательствами. В случае прионных болезней заражение может происходить при использовании контаминированного нейрохирургического инструментария, трансплантатов или препаратов человеческого происхождения (например, гормона роста).

Болезнь куру исторически распространялась среди племен Папуа — Новой Гвинеи алиментарным путем при ритуальном поедании мозга умерших соплеменников, содержащего высокую концентрацию прионов.

При пероральном поступлении прионы сначала захватываются лимфоидной тканью кишечника и накапливаются в органах ретикулоэндотелиальной системы (миндалины, селезенка) до нейроинвазии.

Карлтон Гайдушек экспериментально доказал инфекционную природу куру в 1960-х годах, успешно заразив шимпанзе суспензией мозговой ткани умерших людей, за что впоследствии получил Нобелевскую премию.

Прионные патологии классифицируются как конформационные болезни, поскольку их патогенез обусловлен переходом нормального клеточного белка PrPC в патологическую изоформу PrPSc с нарушенной третичной структурой.

Для старых культур Trichophyton violaceum характерно отсутствие микро- и макроконидий, при этом мицелий становится тонким, извитым и образует множество хламидоспор и артроспор. Этот антропофильный гриб является одним из основных возбудителей поверхностной трихофитии.

Группа дерматофитов традиционно включает три анаморфных рода грибов: Microsporum, Trichophyton и Epidermophyton, которые обладают кератинолитической активностью и поражают кожу, волосы и ногти.

Для грибов рода Microsporum при поражении волос in vivo характерен тип спороношения эктотрикс, когда артроспоры располагаются плотным чехлом снаружи стержня волоса.

Среда Сабуро содержит пептон и высокую концентрацию углеводов (мальтозы или глюкозы), а также имеет слабокислую реакцию. Это создает оптимальные условия для элективного культивирования патогенных грибов, включая дерматофиты.

Поскольку чёрная пьедра поражает только кутикулу волосяного стержня без вовлечения волосяного фолликула и кожи, основным методом лечения является стрижка/сбривание волос в сочетании с местными противогрибковыми средствами.

Луи Пастер впервые применил принцип аттенуации (ослабления) микроорганизмов для создания вакцин. Его главными достижениями в этой области стала разработка вакцин против куриной холеры, сибирской язвы и бешенства.

Изучение патогенных для человека микроорганизмов (бактерий, вирусов, грибов и простейших) является предметом медицинской микробиологии.

Эдуард Дженнер эмпирически использовал для вакцинации природный вирус коровьей оспы, тогда как Луи Пастер целенаправленно разработал методы искусственного ослабления (аттенуации) патогенных микроорганизмов для получения безопасных вакцинных штаммов.

Зинаида Виссарионовна Ермольева в 1942 году впервые в СССР получила отечественный пенициллин (крустозин) и активно внедряла антибиотикотерапию в клиническую практику.

Метод перевода экзотоксинов в безопасные, но иммуногенные анатоксины путем обработки формалином при температуре 37–40 °C был предложен французским микробиологом Гастоном Рамоном в 1923 году.

Вирус гепатита D является дефектным вирусом (сателлитом), которому для сборки полноценных вирионов и выхода из клетки необходим поверхностный антиген вируса гепатита B (HBsAg). Поэтому инфицирование вирусом гепатита D возможно только в присутствии вируса гепатита B.

Инвазивность обеспечивает проникновение микроба через слизистые оболочки и соединительную ткань, а агрессивность направлена на противодействие защитным силам макроорганизма, например, за счёт подавления фагоцитоза.

Фермент агрессии гиалуронидаза расщепляет гиалуроновую кислоту межклеточного матрикса, обеспечивая инвазию возбудителя в ткани.

Антитела являются крупными белковыми молекулами, которые не способны проникать внутрь клеток. Они могут нейтрализовать только свободно циркулирующий токсин, но бессильны против субъединиц, уже проникших в цитоплазму клетки-мишени.

Болезни, вызываемые животными паразитами (в том числе гельминтами и членистоногими), классифицируются как инвазионные (паразитарные) заболевания.

Губкообразная дегенерация нейронов, разрастание глии (астроцитоз) и формирование амилоидных бляшек при полном отсутствии признаков воспаления — это классическая патоморфологическая картина прионных болезней (трансмиссивных губкообразных энцефалопатий).

В основе РТГА лежит способность специфических антител связываться с поверхностными гемагглютининами вирусов, что лишает их возможности склеивать эритроциты.

Секреторный иммуноглобулин A преобладает на слизистых оболочках дыхательных путей и обеспечивает первую линию специфической защиты от респираторных вирусов.

Большинство серотипов риновирусов (так называемая основная группа) используют в качестве клеточного рецептора молекулу межклеточной адгезии 1 типа (ICAM-1), расположенную на поверхности эпителиальных клеток дыхательных путей.

SARS-CoV и SARS-CoV-2 являются представителями рода Betacoronavirus семейства Coronaviridae.

Дейтеромицеты (несовершенные грибы) объединяют виды с неустановленным половым процессом. При обнаружении телеоморфы (половой стадии) их чаще всего реклассифицируют в отделы аскомицетов или базидиомицетов.

Споровики ведут паразитический образ жизни и на стадии взрослого организма лишены самостоятельных органоидов движения, в отличие от жгутиковых, саркодовых и инфузорий.

Суперкапсид сложных вирусов представляет собой липидный бислой, в который встроены вирусспецифические гликопротеины, образующие на поверхности шипы (пепломеры). Они играют ключевую роль в распознавании рецепторов клетки-хозяина и прикреплении к ним.

Инфекционная форма хламидий (элементарное тельце) проникает в восприимчивую клетку путём рецептор-опосредованного эндоцитоза с образованием эндосомы.

Ядерный аппарат бактерий (нуклеоид) представляет собой молекулу ДНК, которая не отделена от цитоплазмы ядерной мембраной, не образует ядрышка и не связана с истинными гистонами.

Коронавирусы имеют спиральный тип симметрии нуклеокапсида, в котором геномная РНК связана с белком N, образуя спиралевидную структуру внутри вирусной оболочки.

При электронной микроскопии коронавирусы имеют характерный внешний вид из-за массивных булавовидных пепломеров (S-белков) на суперкапсиде. Они образуют фигуру, напоминающую солнечную корону.

Для выявления РНК филовирусов (Марбург, Эбола) используют ОТ-ПЦР, а для обнаружения вирусных антигенов и специфических антител — иммунофлуоресцентный анализ (РИФ) и ИФА.

Спайковый гликопротеин S отвечает за связывание коронавируса с рецепторами клетки-мишени, поэтому антитела именно к этому белку блокируют проникновение вируса и обладают нейтрализующей активностью.

Коронавирусы представляют собой относительно крупные оболочечные вирусы сферической формы, размер которых варьирует в пределах 80–220 нм.